Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

Сайт доктора Богданова

Понедельник, 14.10.2019
Главная » 2019 » Октябрь » 2 » Семь бед - один диабет
23:39
Семь бед - один диабет
Казалось бы, инсулин всегда был лекарством, дефицит которого невозможно представить даже в самом страшном сне. Обеспечения им больных не должно было коснуться ничто: ни мировые кризисы, ни космические войны, ни санкции, ни перевороты.

Однако система все же не выдержала госполитики в отношении регулирования цен на жизненно важные лекарства — и дала трещину. В закрытых группах больных сахарным диабетом в соцсетях — состояние, близкое к панике. Сообщения о том, что начались перебои с инсулином, поступают из разных регионов. Некоторые пациенты сообщают, что их переводят на отечественный, от которого развиваются побочные эффекты, а импортного скоро не будет вообще. Что происходит — разбирался обозреватель «МК».

Инсулин стали добывать с автоматами
«В конце прошлого года впервые в нашей практике краснодарское отделение лиги добывало инсулин с автоматчиками, — рассказывает председатель Общероссийской лиги пациентов Александр Саверский. — Одной местной жительнице был жизненно необходим инсулин, а ей отказывали несколько месяцев. В конечном счете нам пришлось звонить следователю — и он приехал в поликлинику разбираться с автоматчиками. Инсулин почти сразу нашли. Но мы не можем брать с боем все поликлиники и обеспечивать со следователями нуждающихся пациентов страны. Хотя этот случай — один из индикаторов проблем с лекарственным обеспечением во всей России. До прошлого года проблем с инсулинами лет десять не было. Но в последний год валом идут обращения из разных регионов — Крыма, Подмосковья, многих других. В августе я лично отсидел месяц на телефоне по приему жалоб из регионов — и по инсулинам было много обращений».

Полны тревоги и посты пациентов, а также родителей маленьких больных с сахарным диабетом 1-го типа — инсулинозависимым. Где-то инсулин они получают с большими перебоями. Например, из Кемеровской области пишут, что у них больше года нет инсулина — приходится ездить покупать его в Новосибирск. Из Тулы пришли вести, что пациентам перестали отоваривать рецепты. Люди начали покупать лекарство самостоятельно, а пачка стоит 40–80 долларов. «Каждый раз нам дают разные препараты по принципу «бери что есть». Врач смотрит на стену, на жалобы не реагирует», — рассказывают пациенты. Некоторые из тех, у кого есть возможность, освоили ввоз жизненно важного препарата из-за рубежа. Но этот путь доступен единицам.

Но больше всего пациенты опасаются перевода на российский инсулин, который у нас начинают производить. Боятся не просто так: кто-то уже имел с ним дело — и, как говорится, почувствовал разницу. Из двух регионов сообщили, что аккурат после перевода на него у детей начинались рвота с кровью, боли в животе и пр. Из Калужской области сообщают, что пациент попал в реанимацию; похожий случай — и в Екатеринбурге… Возможно, с препаратом состояние больных совершенно не связано, но повод задуматься есть.

«Вчера меня убили новостью о том, что с сентября РФ отказывается от закупок импортных инсулинов, и диабетиков будут поэтапно переводить на отечественные в рамках импортозамещения. В сентябре уйдут с Лантус и Туджео, в марте — с Новорапид и Левемир, про остальные не знаю, но это коснется всех импортных инсулинов. Как мне объяснили, Россия начала производить свои инсулины, и сейчас идет оформление документации на новые препараты. Чиновник, который мне это сообщил, предупредил, что качество российских инсулинов не сравнимо (в худшую сторону) с американским и датским, который выдают сейчас. Эта новость меня просто уничтожила», — пишет мама маленького пациента из Нижнего Новгорода. Тюменские пациенты сообщают, что их уже начали переводить на российскую продукцию.

Как разъясняет нам мама пациента с сахарным диабетом 1-го типа Ольга, сегодня ее сына обеспечивают импортными инсулинами (в том числе с локализованных в стране производств двух иностранных компаний): «Диабетику 1-го типа нужны два инсулина — базальный и болюсный. Болюсный равномерно впрыскивается с помощью помпы, как в системе полива на полях. Это очень важно для ребенка: не нужно колоть его пять раз в день, помпа устанавливается надолго. Одна упаковка болюсного стоит 2–3,5 тысячи рублей. Сейчас их выдают пациентам при наличии постоянной регистрации. Если ее нет, приходится приобретать инсулины самим. О российских инсулинах информации толком нет».

Если продолжить статистику родительских расходов, то они включают еще покупку тест-полосок (50 штук стоит 1200–1600 рублей; в день нужно не менее 10 раз проверить сахар — в месяц набегает 6–7 тысяч рублей); систем мониторинга с сенсорами, позволяющими измерять уровень глюкозы (один стоит 4500, его хватает на 2 недели); канюли и иголки для помпы, которые меняются раз в три дня (около 6 тысяч рублей в месяц)… «Мы каждый месяц на все это тратим не менее 20 тысяч. Никто бесплатно этим не обеспечивает. До 18 лет давали инвалидность, а после 18 каждая комиссия в каждом регионе и районе по-своему оценивает СД1. Кому-то дают инвалидность, а кому и нет», — рассказывает Ольга.

Инсулин может стать третьим лишним

…То, что ситуация складывается катастрофическая, подтверждает и сайт госзакупок. «МК» уже писал о ситуации со срывом огромного количества (то есть каждого третьего) гостендеров на поставки жизненно необходимых лекарств для больниц и обеспечения льготников. И в первую очередь это коснулось поставок как раз инсулина. Так, за полгода поступило 2,8 тысячи заявок на инсулин, и 692 из них не состоялись. Эксперты отметили, что главной причиной стали заниженные цены, по которым Минздрав предложил продавать фирмам лекарства.

Сложнее всего ситуация с закупками — в Саратовской области (сорвана почти половина тендеров), Дагестане и Псковской области (45%), еще в 24 регионах не закупили треть лекарств. «Государство фактически не планирует на 3–5 лет потребности населения, мощности, которые нужны для покрытия, таблетки, которые нужны, не имеет контрактов для этого, а выходит на конкурс, тендер организует, а там — бах, никого нет», — говорит Александр Саверский.

Как рассказал «МК» директор по развитию аналитической компании RNC Pharma Николай Беспалов, перебои с обеспечением пациентов инсулинами, скорее всего, тоже связаны с заниженной начальной максимальной ценой контракта: «Это сейчас основная проблема, и я искренне не понимаю причин, по которым Минздрав так долго тянул с решением. Сейчас под давлением СМИ и экспертного сообщества вроде как ситуация сдвинулась с мертвой точки, и министерство анонсировало изменения в порядок закупки. Надеюсь, в пределах нескольких месяцев ситуация улучшится».

Опасения же пациентов по поводу того, что инсулины могут попасть под действие Постановления №102, в народе получившего название «третий лишний», тоже не беспочвенны. Напомним, что, согласно документу, если у импортного препарата есть два российских аналога, он в госзакупки попадать не должен. Форма введения препарата при этом не учитывается.

«Постановление о «третьем лишнем» может затрагивать препараты с одинаковым составом, но разной формой введения, а от формы введения зависит очень много. Например, жаропонижающих препаратов с ибупрофеном полно, а сироп — только один. Но только он подходит маленьким детям. Эпилептику нельзя дать таблетку — только инъекцию. То же самое с инсулинами», — говорит Александр Саверский.

Тем временем, как рассказал «МК» профессор, заведующий кафедрой эндокринологии и диабетологии Российской медицинской академии последипломного образования Александр Аметов, в России есть государственный регистр больных сахарным диабетом 1-го типа: «Всем пациентам врачи назначают определенные инсулины и определенные схемы. И не должно быть разговоров: этого не хватает, того не хватает… У нас достаточное количество заводов и локализованных производств, в том числе полного цикла — в Орле, Калуге, работает наше производство в Санкт-Петербурге. Российские инсулины прошли исследования и соответствуют международным стандартам. И если где-то нет препаратов — значит, речь идет о нерадивости чиновников, которые не обеспечили своевременный государственный заказ. Менять инсулин пациенту можно только в крайнем случае! Да, бывают взаимозаменяемые препараты, но у каждого — особые характеристики, и некоторые более безопасны. А пациент должен принимать то, что назначил врач, и без перебоев».

…И все же системно проблема с лекарственным обеспечением пациентов в стране не решается. Как отмечает руководитель группы стратегического управления Центра развития здравоохранения Московской школы управления Ирина Свято, у нас нет никакой системы скоординированных действий между министерствами и органами власти. Разница в лекарственном обеспечении разных регионов достигает 7,4 раза! «У нас каждый регион — отдельная страна. Целостной системы управления здравоохранением у нас нет, а это социально дезориентирует страну», — говорит Ирина Свято.

«Мы столкнулись с системой зарегулированности — ни у кого из субъектов обращения нет задачи обеспечения препаратами пациентов, только отдельные фрагменты, — отмечает Саверский. — Целостной системы лекобеспечения в стране нет. Минздрав не знает, что происходит в субъектах Федерации. В результате власти рапортуют, что у нас все чудесно, что препараты закупаются, а по факту их нет — ни в аптеках, ни в больницах. И власти не понимают почему. Любой сбой приводит к тому, что пациент не получает необходимые лекарства. Теперь вот еще Китай объявил о том, что прекращает выпуск дешевых субстанций — значит, отечественные производители не смогут выпускать дешевые лекарства. К введению маркировки на препараты почти никто не готов. Никто не знает общей потребности населения в лекарствах — а 30% пациентов у нас к врачам не ходит. Необходимо вводить контракты на поставки препаратов на ближайшие 3–5 лет, и вообще — в стране нужно принять закон о лекарственном обеспечении».




Категория: Медицина | Просмотров: 86 | Добавил: Bogdan | Теги: Сахарный диабет | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar